Последние несколько лет пластическая хирургия — в центре внимания. Причем внимания почти ажиотажного. На глазах у телезрителей преображаются участники многочисленных реалити-шоу; кинорежиссерам чудеса пластической хирургии позволяют лихо закрутить сюжет, до неузнаваемости меняя облик героев.
Известный пластический хирург Ирина Хрусталева к подобным сенсациям относится скептически. Во-первых, потому что пластическая хирургия — это очень серьезная и сложная область эстетической медицины. А во-вторых, реальные достижения современной науки гораздо интереснее любых вымыслов, — убеждена главный врач клиники красоты «Академия», кандидат медицинских наук, действительный член ISAPS Ирина Хрусталева.
- Ирина Эдуардовна, можно ли сказать, что пластическая хирургия сегодня на пике популярности?
- Скорее, не только пластическая хирургия, а эстетическая медицина в целом. Стремление ухаживать за собой получило логическое развитие: сначала — прическа и маникюр, потом — регулярная косметология и, наконец, пластика. Становятся востребованными все более дорогие услуги: интерес к пластической хирургии возник на фоне социального подъема. Если хотите, успешное развитие в стране этой сферы медицины — своеобразный показатель стабильности в обществе и в экономике. Еще одна деталь: рост материального благополучия ведет к эволюции ментальности. Мы с вами наблюдаем бум не только пластической хирургии, но и здорового образа жизни. Посмотрите, как востребованы фитнес и wellnes-центры. Следующий этап — обращение личности к себе. К примеру, в средние века было не принято мыться. Спустя столетия это стало немыслимо, так же, как и ходить с плохими зубами. Когда-нибудь, наверное, столь же неприлично будут выглядеть морщины. Вообще, сегодня происходят серьезные изменения в сознании людей, которым сейчас 30-35 лет. Они выросли в других условиях, и для них обращение к пластическому хирургу не является чем-то диким и страшным. Более того, для нового поколения успешных людей хорошо выглядеть — не достижение, а норма. И, кстати, знаете, люди, которые обращаются к пластическим хирургам, достойны уважения, ведь не просто признаться, что с тобой что-то не так.
- Но пока еще раздаются призывы «стареть достойно» — не пытаясь обмануть время, окружающих, да и себя самого.
- Думаю, в демократическом обществе человек вправе выбирать, как ему стареть. Каждый из нас сам решает, что важнее для его комфорта и, в конечном счете, для качества жизни. Агрессивное «Нет!» — не что иное, как выражение комплексов или страха.
- Так уж мы устроены, что от врачей ждем непременных чудесных исцелений, а от косметологов и вовсе — волшебных превращений. На дворе двадцать первый век — должны соответствовать. Но если серьезно: насколько современная эстетическая медицина отвечает ожиданиям своих клиентов?
- В терапевтической косметологии происходит «тихая» революция, сделан гигантский рывок вперед. Более того, эта область эстетической медицины способна решить задачи, которые не под силу иногда даже пластической хирургии.
Революция в пластике произошла в 80-90-е годы прошлого века, когда появились эндоскопические методики, существенно повысившие эффективность проводимых операций. Сегодня же ключевой является интеграция терапевтической косметологии и пластической хирургии. Такое сотрудничество позволяет добиться качественно новых результатов.
- Кинорежиссеры уже придумали, какие задачи в состоянии будет решать пластическая хирургия через пару десятилетий. Фантазии создателей многих фильмов можно удивляться. С другой стороны, то, что сегодня делают пластические хирурги, еще двадцать лет назад казалось невероятным. Как вы думаете, каковы на самом деле перспективы пластической хирургии?
- Думаю, постепенно хирургические методы потеряют лидирующие позиции. Будущее — за генетикой, клеточными технологиями. Наверное, люди когда-нибудь изобретут своеобразное средство Макропулоса, которое подарит молодость пусть не на всю жизнь, но на весьма длительный срок. А вот в создании даже спустя десятилетия кремов с «живыми клетками» я сомневаюсь. Клетки не живут в кремах.
- Насколько все современные мировые достижения в области эстетической медицины доступны россиянам? И насколько отечественные специалисты конкурентоспособны по сравнению со своими западными коллегами?
- К сожалению, долгие годы в нашей стране эстетические хирурги находились в определенной изоляции. Профессиональной литературы практически не было, а информация из других стран, где эта сфера медицины активно развивалась, была вообще недоступна. В последние десятилетия ситуация резко изменилась. Любой эстетический хирург может ездить на международные симпозиумы и конференции, читать специализированные издания. Другой вопрос: все ли станут это делать. Уровень многих эстетических хирургов в Санкт-Петербурге, Москве, Екатеринбурге и других крупных городах России значительно отличается от уровня, существующего в остальных регионах. В мегаполисах для развития специалистов существуют совершенно иные возможности, нежели в провинции. И, безусловно, многое зависит от желания самого врача, от его готовности учиться — несмотря на то, что вуз давно закончен, что официально ты считаешься полноценным специалистом. Когда из челюстно-лицевой реконструктивной хирургии я пришла в хирургию эстетическую, оказалось, что восстанавливать красоту, возвращать человеку уверенность в себе, помогать ему решить социальные проблемы ничуть не менее сложно, чем это было в моем предыдущем, тоже весьма значимом опыте. Однако мне никогда не казалось, что учиться — обременительно. И я была готова даже в не самые простые времена вкладывать силы и средства в собственное образование. Возможно, такое отношение объясняется профессиональным честолюбием: я привыкла добиваться успеха и результата. Пришлось снова серьезно учиться, в том числе за границей. Это был период, когда мы верили всему, что пишут и говорят иностранные специалисты. Сейчас уже накоплен свой опыт, сформирована своя точка зрения.
У нас в стране сформировалась определенная группа хирургов из разных городов, которые посещают все значимые международные конгрессы и получают знания, что называется, на гребне волны. Эти хирурги, безусловно, конкурентоспособны: их компетентность не отличается, а то и превосходит профессиональный уровень коллег из США и Европы. Свое лицо я могла бы доверить двум-трем российским коллегам, которых искренне уважаю. Они так же, надеюсь, доверяют мне.
- Но почему тогда американские и европейские «звезды» молодеют и хорошеют на глазах, удачно избавляясь от лишних килограммов и морщин и даже исправляя форму коленей, а наши артисты нередко становятся показательным примером неудачных операций?
- В США, как и в России, существует разный уровень пластической хирургии и разный уровень цен. Скажем, Деми Мур вложила в свою внешность более 200 000 долларов. Поверьте, за эти деньги и в России можно достичь очень убедительных результатов.
- Журналисты часто спрашивают пластических хирургов, почему они никогда не отговаривают клиентов от операций?
- Наверное, так спрашивают те, кто призывает «стареть естественно»? Безусловно, если у пациента, который пришел на консультацию, нет никаких показаний к хирургическому вмешательству, ни один уважающий себя пластический хирург не согласится сделать операцию только для того, чтобы заработать. Но ситуация может быть иной. Например, в США более 50 процентов населения страдают от лишнего веса. В стране создано огромное количество обществ, объединяющих этих людей. Но они не худеют, не пытаются исцелиться от диабета, гипертонии и других «спутников» избыточного веса. Их учат «полюбить себя такими». Не уверена, что это делается во благо пациентов, а не для улучшения финансового положения психоаналитиков. Пластическая хирургия — сфера коммерческая, поэтому я глубоко убеждена, что порядочность и профессионализм врача здесь приобретают особое значение. Хирург, который дорожит своей репутацией и заботится о безопасности пациента, при необходимости уменьшит объем операции или даже отложит хирургическое вмешательство, предложив взамен терапевтические процедуры.
- Кстати, насколько эстетическая медицина — прибыльный бизнес? Судя по вниманию, которое вызывает пластическая хирургия, там должны «крутиться» сумасшедшие деньги.
- Сумасшедших денег в этой сфере точно нет. Пластическая хирургия — слишком затратная сфера: качественное оборудование, инструментарий, расходные материалы, стажировки поглощают львиную долю доходов. А обывательский интерес объясняется не деньгами, а тем, что результат здесь на лицо. И на лице. И любая ошибка становится очевидной.
- Действительно, едва ли не все телевизионные каналы выпустили в эфир разоблачительные программы про ужасы, которые творятся в этой области медицины.
- К сожалению, многие критические выступления в адрес пластических хирургов имеют основания. Но меня, в целом, настораживают такие сюжеты: за каждым случаем стоит человеческая трагедия, говорить о которой нужно очень деликатно.
Зачастую профессионалам в таких программах видны огрехи и нестыковки — ведь телесюжеты рассчитаны на дешевую сенсацию для испуганных обывателей.
С другой стороны, существующая в нашей стране очевидная легкость вступления в профессию привела к появлению в пластической хирургии специалистов, уровень которых вызывает серьезные опасения.
Да и некоторые методики, которые «вдруг» становятся весьма популярными, действительно очень сомнительны. Достаточно вспомнить «эпопею» в контурной пластике, связанную с полиамидакриловыми гелями. Тысячи несчастных женщин в нашей стране получили серьезные проблемы после введения этого наполнителя в молочные железы для, как было написано в рекламе, «мгновенного увеличения груди».
- Мне кажется, пластический хирург очень часто стоит перед непростым выбором, ведь в медицине клиент не всегда прав. И не всегда следует идти ему навстречу. Что бы вы никогда не стали делать?
- На самом деле здесь действует очень простой критерий: я никогда не буду делать другим людям то, что считаю неприемлемым для себя, как для пациента.
- Профессионал, увлеченный своей работой, не всегда умеет «отключиться» от своей деятельности, даже выйдя из офиса. Модельеры признаются, что часто мысленно «одевают» незнакомых людей, парикмахеры подбирают прически. А как смотрите на людей вы?
- Я очень люблю наш город. Много раз мне предлагали работать в Москве, но я не представляю себя вне Петербурга. У нас невероятно красивый город. И хочется, чтобы здесь жили красивые, счастливые люди. Иногда очень обидно видеть женщин и мужчин, которым для того, чтобы стать красивыми, не хватает совсем чуть-чуть — знаний о возможностях современной медицины и немного внимания к самим себе.
Беседовала Александра Алешина
Журнал «Красота. Здоровье. Фитнес»
Октябрь-2006
